ТВОРЧЕСКИЕ ПОРТРЕТЫ


 

Виктор Дашук


Stolica.ru


 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я

   

Виктор Дашук

   Два дня в уютном зале "Беларусьфильма" смотрю ленты Виктора Дашука (их снято уже около сорока). Мотив дороги постоянен для этих работ. Такова уж судьба документалиста: сегодня он с кинокамерой поднимается по горному серпантину, завтра мчится укатанными степными трактами...

   Но вот маленький, всего в одну часть фильм, и сразу становится ясно, что все разноликое множество дорог имеет в его творчестве одно начало, один общий исток... Фильм этот, снятый В.Дашуком десять лет назад (вскоре после окончания Высших режиссерских курсов), назывался просто-"Дом", и рассказывал он о доме, в котором автор родился и вырос.

   Не часто встретишь в документальной картине такой сплав поэзии и философии, исповедальной лиричности и масштабности размышлений о нашем времени. Казалось бы, все здесь просто и безыскусно: мы видим разлив цветущих лугов, веселые проказы малышей на берегу реки, череду извечных крестьянских забот. А в центре этого мира -небольшой деревенский дом. Он честно отстоял на земле положенные ему десятилетия, верой и правдой послужил людям. Его стены помнят и детский смех и вдовий плач, они берегут тихую старость деда, который воевал еще в первую империалистическую, а сейчас, седой и словно уже бесплотный, вышел погреться на солнышко. Фильм всем своим строем напоминает лирическое стихотворение, в котором знакомые с детства факты бытия, как бы заново пропущенные через сердце художника, приобретают возвышенное звучание. И дом становится символом родного края, которого коснулись беды, горести и радости нашего неспокойного века.

   От "Дома" тянутся тропинки ко всем картинам Виктора Дашука. Тема родного дома звучит и в полнометражном фильме "А кукушка куковала", рассказывающем о судьбе белорусского поэта Янки Купалы, и в репортаже "Тюльпаны для друзей", посвященном Дням Белорусской ССР на Украине, и в "экзотической" ленте "Вечеринка в Средиземном море", запечатлевшей выступления танцевального ансамбля "Радость" за рубежом, и в картине "Волшебный меч", снятой во Вьетнаме. И с подлинной силой и страстью воплотилась она в фильмах, впрямую обращенных к судьбе народной, к скорбной и героической истории Белоруссии. Дом, в котором родился Виктор Дашук, потерял в войну и кормильца и старшего наследника. Подобная участь постигла большинство белорусских семей: каждый четвертый не дожил здесь до Победы. А более шестисот сел были сожжены вместе с их жителями. Именно об этом рассказала книга "Я -из огненной деревни..." А.Адамовича, Я.Брыля, В.Колесника. Когда еще главы книги публиковались в журнале, Виктор Дашук в содружестве с авторами начал работать над ее кинематографическим воплощением. Так родился уникальный киноцикл, в который вошли фильмы "Женщина из убитой деревни", "Немой крик>, "Горсть песка", принесший режиссеру премию Ленинского комсомола Белоруссии. Рассказы Ольги Андреевны Минич, Акули-ны Семеновны Ивановой, Матвея Рудовича, чудом ушедших от смерти, открывают мучительные глубины незаживающей боли. Здесь буквально потрясают эпизоды, в которых сквозь внешнюю сдержанность тех, кто рассказывает, вдруг прорывается наружу немой крик боли, восстающий с самого дна памяти...

   Строгость темы потребовала от Виктора Дашука и строгости изложения. В кадре-только человек, его жесты, мимика, глаза, да изредка в тон рассказанному - короткие кадры хроники, прочерчивающие экран, словно вспышки памяти о далеком и горьком военном времени. Своеобразным завершением цикла стали фильмы "Суд памяти" и "Последнее слово", где режиссер решил осмыслить масштабы трагедии, перенесенной Белоруссией, назвать имена "идеологов" и исполнителей кровавых деяний, разоблачить изменников Родины, которые ныне оказались на скамье подсудимых. Запоминается финал "Последнего слова", который камера "подсмотрела" в перерыве между заседаниями суда. Подсудимым приносят еду, и они прилежно хлебают суп, заботливо собирают в горсть хлебные крошки, дуют на чай. Камера всматривается в этих нелюдей, а потом, панорамируя по залу, останавливается на чистом женском лице, на котором читается и брезгливое удивление, и невольная жалость, и потрясенное недоумение: как это можно после всего содеянного жить на свете?

   Этот долгий финальный кадр многое объясняет в творчестве Дашука. И прежде всего свидетельствует о прочном, неистребимом интересе режиссера к людям с ясной душой и совестью, для которых человечность и доброта-главное в жизни.

   Поиски нравственного идеала режиссер продолжает и в последующих работах, лучшая из них фильм "Девяносто шестая осень". В нем слились лирика и негромкий пафос, юмор и светлая печаль, простота художественного приема и глубина постижения народного характера. На XV Всесоюзном кинофестивале в Таллине эта лента была удостоена второго приза и диплома.

   В центре фильма - несколько дней из жизни Панфила Тимофеевича Горшантова, который, как явствует из названия, прожил на свете почти век. Камера с любовью всматривается в героя, и постепенно сквозь сочную вязь бытовых зарисовок проявляется незаурядная натура Панфила Тимофеевича - этакого белорусского Кола Брюньона, жизнелюба и философа. За выпавший ему век Панфил Тимофеевич прошел три войны, трудился на земле не покладая рук. А сейчас смастерил себе надгробие на могилку и оградку. Но смерть все нейдет, и памятник без надобности пылится в сарае. Да и какая хворь одолеет Панфила Тимофеевича, совсем еще удалого деда, к тому же младшего из братьев?.. Фильм рассказывает, как отправляется наш герой к старшему брату. Встреча стариков-лучшие кадры этой прекрасной, емкой картины. Братья попарятся в баньке, заведут неспешную беседу. И чем-то великим повеет вдруг с экрана, ибо этим осенним днем они вообще-то подводят итоги своей большой жизни.

   В "Девяносто шестой осени" улавливаешь те же интонации, ту же лирическую печаль, что и в фильме "Дом". Подобно тому, как простая деревенская хата стала символом нашей большой страны, так судьбы Панфила и Сысоя Горшантовых вырастают до символических, почти былинных фигур, которыми искони сильна была наша земля.

   Сейчас режиссер работает над новым киноциклом "У войны не женское лицо". В основе его очерки журналистки Светланы Алексиевич, собравшей материалы о военных медсестрах, снайперах, разведчицах, вынесших на своих плечах всю невероятную тяжесть четырех огненных лет. Хочется верить, что этот киноцикл станет новым шагом вперед талантливого художника-кинодокументалиста.

Леонид ПАВЛЮЧИК "Советский Экран" №7 (1983 год).



 
[Советский Экран] [Актерские байки] [Как они умерли] [Автограф] [Актерские трагедии] [Актеры и криминал] [Творческие портреты] [Фильмы] [Юмор] [Лауреаты премии "Ника"] [Листая старые страницы]


Нагрудный значок пионера ссср нагрудные http://www.vizitkidarom.ru.