Эх, елки!

 
Актерские байки

Stolica.ru


 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я


   

В жизни всякого артиста - знаменитого и малоизвестного - есть страшные дни. Эти дни - новогодние, когда каждый артист в исступлении готов воскликнуть: "Эх, елки!"

Судите сами: в то время, когда нормальные люди нарезают салат к праздничному столу, а другие нарезаются сами по себе, господа артисты выходят на сцену в спектаклях, чтобы культурно обслужить культурную часть населения и подогреть ее перед встречей Нового года. Драма, начавшаяся для актеров вечером 31 декабря, переходит в трагедию 1 января, когда в утренних спектаклях они изображают из себя всевозможных зверюшек, аленушек-иванушек и прочих сказочных персонажей. И только елочная страда, которая начинается в конце декабря и заканчивается в середине января, способна скрасить как моральную, так и материальную жизнь артистов, крепко задумывающихся над смыслом ремесла под Новый год. С помощью известных актеров и режиссеров мы решили перелистать страницы их новогодних приключений.

Интересен опыт Дедов разных поколений. Начнем с ветеранов дедморозовского движения - Льва Дурова и Бориса Львовича.

Лев Дуров:

- В Колонном зале я работал на елке Медведем. Как сейчас помню, вместо Деда Мороза главным почему-то был Владимир Ильич Ленин. Снегурочка, значит, с подарками и зверюшками, а Ленин, стало быть, с добрыми идеями. И вот в конце каждого представления Снегурочка, обращаясь в зал, вызывала детей почитать стихи о Ленине. Детишки выскакивали, разумеется, подготовленные, с которыми репетировали день и ночь. И вот однажды спецдетишки что-то замешкались, и Снегурочка взяла мальчика из первого ряда: он громче всех кричал "хочу" и тянул руку. "Мальчик, ты будешь читать стихи о Ленине?" "О Ленине, о Ленине!" - кричит мальчик, подпрыгивая от нетерпения. "Ну читай". Мальчик встал посреди сцены и продекламировал:

        По улице шел зеленый крокодильчик
        И вдруг обосрался...

У директора Колонного зала, ответственных работников и у дедушки Ленина случился паралич. Мальчику в гробовой тишине всучили плюшевого медведя и усадили на место. Но самое страшное началось потом. Дядька, который привел мальчика на елку, стал делать вид, что это не его мальчик. А мальчик вдруг понял, что он совершил страшное преступление. И у обоих был такой вид, что не крокодильчик, а они обосрались. На лице дядьки читалось, что он уже подбирает место своего будущего жительства - Колыму или Магадан. А мальчик, наверное, думал, где же он теперь окажется - в детдоме или в тюрьме малолетних преступников.

Борис Львович:

- Однажды на елке ко мне подошла девочка и спросила: "Дедушка, а у тебя ножки ледяные?" Я поднял подол шубы. "Живые!" - закричала девочка, потом прижалась ко мне и сказала: "Дедушка Мороз, я тебя так люблю, так люблю..."

Александр Жигалкин и Эдуард Радзюкевич - современные Деды Морозы, которые устраивают на Воробьевых горах лучшую елку в Москве:

- Дети меняются в сторону плохой акселерации. Злые они стали. Однажды подошел мальчик и спрашивает: "Ты Дед Мороз?" "Дед Мороз", - добродушно отвечаю я. "Дед Мороз - х... тебе в нос". А мальчик такой хороший, маленький. А то еще как-то к Снегурочке, которую играла повидавшая виды артистка, подошла девочка и спросила: "Снегурочка, а Кощей, который тебя утащил, он как мужик-то ничего?" Бедному Кощею дети регулярно предлагают проколоть яйцо. Про Бабу Ягу кричат: "Мочи ее!" - и выбрасывают средний палец руки вверх с воплями: "Фак ю!" А елочные террористы! Они ходят на каждое представление, выучивают его наизусть и потом мешают, орут и рассказывают залу все наши обманки и придумки.

Режиссер Театра им. Моссовета Андрей Житинкин:

- Первого января играют детский спектакль "Пчелка". Состояние артистов - эльфов и гномов - представить несложно. В середине спектакля есть мизансцена: гномы окружают умирающую пчелку, и один из них говорит: "Давайте подышим на нее". Гномы согревают пчелку своим дыханием, и она оживает. Понятно, что в новогоднее утро фраза "Давайте на нее подышим" приобретает сакраментальный смысл. Героиня, на которую дышат гномы "после вчерашнего", не выдерживает и медленно отползает в кулису. Когда же один из гномов воскликнул: "Я все-таки должен подышать на нее!" - ей ничего не оставалось, как ответиь с угрозой в голосе: "Я, между прочим, тоже могу подышать на тебя".


Из книги Марины Райкиной "Москва закулисная".



 
[Советский Экран] [Актерские байки] [Как они умерли] [Автограф] [Актерские трагедии] [Актеры и криминал] [Творческие портреты] [Фильмы] [Юмор] [Лауреаты премии "Ника"] [Листая старые страницы]