ТВОРЧЕСКИЕ ПОРТРЕТЫ

 

Евгения Глушенко


Stolica.ru


 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я

   

Евгения ГлушенкоКРУПНЫМ ПЛАНОМ. Евгения Глушенко

  Найти себя Евгении Глушенко посчастливилось сразу, с первых шагов в кино. Ей, тогда недавней выпускнице театрального училища, режиссер Никита Михалков доверил образ Сашеньки, жены Платонова, в фильме «Неоконченная пьеса для механического пианино». Сложнейшая роль пришлась исполнительнице настолько впору, что можно с уверенностью сказать: в лице Глушенко режиссер обрел идеальное воплощение своего замысла.
Образ Саши стоит несколько особняком в ряду персонажей фильма — провинциальных помещиков, интеллигентов, дельцов, мечущихся в бесплодных поисках цели и смысла жизни. Мир взвинченных, искусственных страстей. Трясина бессмысленной болтовни. Одуряющая скука, взрывающаяся истерическим весельем. И где-то на периферии нашего внимания Сашенька — неприметное, «серенькое» существо, простодушное и бесхитростное до глуповатости. Похоже, будто героиня Глушенко и призвана лишь засвидетельствовать окончательный отказ Платонова от идеалов юности. Дескать, махнул человек на все рукой, уехал в глушь, женился там на какой-то дурочке и зажил — примитивно, неторопливо, скучно.
Так и ведет актриса свою роль—скромно, незаметно присутствуя в каждой сцене. В самой внешности Сашеньки есть что-то неуловимое, ускользающее, даже черты ее лица вроде бы неопределенно размыты. И только глаза приковывают внимание. Из-за этих глаз и хочется сравнить Сашеньку с каким-то небольшим зверьком (мышкой? птичкой?), но точного сравнения не получается, любая конкретность разрушает его. Остается лишь ощущение предельной естественности, «природное™», что ли, этого существа.
Жалкая улыбка, в которой только проскользнет порой нечто вроде просьбы,—ее неизменная реакция даже в самых драматических моментах фильма, когда вот-вот выйдет наружу все подспудное, скрываемое, когда каждому станет ясно, что Платонов обманывает ее с вдовой-генеральшей, когда откроется его былая связь с Софьей...
Но и в острейших ситуациях Саша — Глушенко сохраняет приветливую улыбку искреннего непонимания.
которая на Платонова действует сильнее любых укоров. Ведь Сашино «не понимаю» заведомо значит «не принимаю», «не допускаю и мысли». Вот такой-то Сашеньке, как совести своей, и крикнет Платонов в финале картины: «Я ненавижу тебя!» Ее оттолкнув, он и побежит топиться, отчаявшись что-то исправить, чем-либо наполнить оставшуюся жизнь.
И тут произойдет чудо... Красота и чистота души героини, открыто явленные нам здесь, молнией озарят Сашино лицо с этими блистающими одухотворенными глазами. Безграничная любовь к Платонову выплеснется-самыми необходимыми, мудрыми словами—победившими отчаяние, изгнавшими страх, возродившими утраченные надежды. Актриса дает нам понять: чувство любви присуще Саше как дыхание—она просто стеснялась выставлять его напоказ. Она стеснялась— и сдерживала те живые, подлинные чувства, которые одни только и могут послужить альтернативой смутным метаниям главных героев картины. Сашенька в исполнении Евгении Глушенко —личность уже состоявшаяся, обладающая той цельностью натуры, которой так недостает окружающим.
В картине Н.Михалкова «Несколько дней из жизни И. И. Обломова» актриса получает в свое распоряжение всего лишь несколько мгновений экранного времени. От нее на сей раз не требуется выстраивать характер, но порученная ей задача отнюдь не проста: это роль матери Ильи Ильича, образ-символ. Глушенко словно одним присутствием своим олицетворяет все то светлое и прекрасное, к чему вновь и вновь «летит воспоминаньем» Обломов, будто припадая во сне к чистейшему источнику нежности и тепла. Облик маменьки, в памяти Обломова навсегда слившийся с прихотливым, изменчивым узором лиственной тени, тонущей в ярких солнечных пятнах далекого летнего утра, становится эмоциональным и нравственным камертоном фильма.
Соблазнительно легко поддаться обманчивому впечатлению, будто здесь нет перевоплощения исполнительницы, будто на экране — просто она сама. Глушенко предлагает нам тот особый уровень актерского исполнения, при котором игра переплавляется в живую гармонию, становится незаметной. Актриса умеет достичь жизнеподобия даже в рамках полнейшей условности, она дает нам явственно расслышать пульс живой жизни, создавая образ, существующий в мечтах, в снах героя.
От классики (Чехов, Гончаров) — к современности, от вторых ролей — к главной... В фильме Иосифа Хейфица "Впервые замужем", поставленном по рассказу Павла Нилина, Глушенко играет Тоню Болотникову. При кажущейся будничности, заурядности событий, составлявших жизнь матери-одиночки, вырисовывается судьба драматическая: во всем себе отказывала, все вкладывала в дочь, а выросла красивая здоровая эгоистка, к матери абсолютно равнодушная и в конце концов вместе с мужем выжившая мать из дому...
Сюжет не балует нас изощренными ходами да крутыми поворотами, а от экрана не оторваться: мы наблюдаем за Глушенко. Роль Тони — мало сказать, что главная, почти бенефисная, поскольку решительно все в фильме пропущено через мировосприятие героини, увидено ее глазами, прокомментировано ее закадровым монологом. Неброскими, но всегда верными красками актриса передает широкую гамму чувств — глубоких или мимолетных, тончайшие оттенки настроения. Используя лаконичные средства, она* тем самым наделяет особой силой и выразительностью то, что ей хотелось бы подчеркнуть, акцентировать.
И вновь, как в «Неоконченной пьесе для механического пианино», ведет нас актриса от внешней ординарности, даже невзрачности героини к постижению ее
духовного богатства—вновь на наших глазах «гадкий утенок» оборачивается «прекрасным лебедем», хотя эту метаморфозу исполнительница наполняет уже иным содержанием: она играет человека, преображенного счастьем. Встретив в свои сорок с лишним суженого, впервые—замужем, Тоня, все еще мучительно сомневаясь, не веря себе, открывает новое, неведомое прежде ощущение свободы и радости жизни, покоя и устойчивости. Всей судьбой своей она заслужила счастье, но как же прочно она от него отвыкла!
В бесконечной беспросветности своего одиночества Тоня даже и не подозревала, какая она на самом деле. Прозрение, достижение равенства самой себе — вот что сыграла Глушенко в этом фильме. И повторила в следующем, причем довольно неожиданным образом— в комедийном ключе. Поставленный режиссером Сергеем Микаэляном фильм с магнетическим названием «Влюблен по собственному желанию» и подзаголовком «серьезная комедия» недавно с успехом прошел по экранам. В этом своеобразном варианте истории Пигмалиона и Галатеи. где каждый из двух героев выступает сразу в обеих ипостасях, блестящий актерский дуэт Олег Янковский — Евгения Глушенко разыгрывает следующую коллизию: нескладная библиотекарша Вера и опустившийся спортсмен Игорь заключают соглашение—она попробует вернуть его обществу, а он научит ее. как стать красивой.
Что говорить, Верочку трудно назвать привлекательной— походка вперевалку, негнущийся корпус, внешность заурядно унылая, да и характер не лучше— непробиваемый педантизм при изрядной житейской неискушенности, нравственная ортодоксальность вперемежку с наивностью. Образ доведен почти до гротеска, однако нельзя не заметить, что гротеск этот свободно вписывается в рамки жизнеподобия, бытовой
достоверности, опирается на безупречную психологическую точность. Можно считать, что Е. Глушенко в этой картине успешно освоила «пространство комедии»— пусть даже и серьезной.
Участие в фильме «Влюблен по собственному желанию» принесло актрисе приз за лучшую женскую роль на Международном кинофестивале в Западном Берлине. (Напомним, кстати, что за исполнение роли Тони Болотниковой Глушенко удостоена премии ХГП Всесоюзного кинофестиваля, а дебют в «Неоконченной пьесе...» отмечен на фестивале молодых кинематографистов «Мосфильма».)
...Собранием курьезов представляется Вера Игорю с его чрезмерной искушенностью и далеко не самым светлым житейским опытом. И вместе с тем его притягивает глубокая Верина порядочность, ее доверчивая прямота и просто-таки невиданная им ранее отзывчивость. И, конечно же, именно они, эти качества, а не чтение полезных брошюрок и не сеансы аутотренинга совершают чудо: оттаивает душой, нравственно выпрямляется Игорь, преображенная любовью Вера становится прекрасной.
«А если это так, то что есть красота

И почему ее обожествляют люди?

Сосуд она, в котором пустота,

Или огонь, мерцающий в сосуде?" —
в известных этих строках можно найти формулировку темы, с которой пришла в кинематограф Евгения Глушенко. Темы, которую с завидным постоянством несет она в своих ролях. В чем истинная красота человека? Так всякий раз ставится вопрос. И ответом служит пробуждение, раскрепощение духа, к которому приходят ее героини,—огонь души, вселяющий веру, дающий надежду на счастье.
.

А.Дементьев, Журнал "Советский Экран" №20 октябрь 1983 года .



 
[Советский Экран] [Актерские байки] [Как они умерли] [Автограф] [Актерские трагедии] [Актеры и криминал] [Творческие портреты] [Фильмы] [Юмор] [Лауреаты премии "Ника"] [Листая старые страницы]