ТВОРЧЕСКИЕ ПОРТРЕТЫ

 

Татьяна Пельтцер


Stolica.ru


 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я

   

Татьяна ПельтцерФОРМУЛА ЛЮБВИ

Как режиссер, которому посчастливилось довольно много работать с Татьяной Ивановной Пельтцер, я скоро догадался, что, если выпустить ее на сцену из центральной двери, лицом в зал,—независимо от содержания спектакля и качества моей режиссуры, в зале тотчас раздадутся дружные аплодисменты. Однако совсем недавно выяснилось, что если предложить актрисе выйти на сцену сбоку, спиной к залу, крадучись и незаметно, все равно эффект будет тот же самый. Москвичи встречают ее одинаково восторженно. Но то же самое делают и ленинградцы, и жители Комсомольска-на-Амуре, Куйбышева, Тольятти, Ташкенте, Омска, Риги и многих других городов, где побывал на гастролях наш театр.
Народная артистка СССР, лауреат Государственной премии СССР Татьяна Ивановна Пельтцер пользуется сегодня поистине всенародной любовью. Общаться с ней радостно, и очень многие люди ищут ее дружбы и участия. Я же, используя служебное положение, стараюсь делать это как можно чаще. Но поговорить с ней просто так, скажем, в коридоре театра, сложно. Двигается она на большой скорости, все больше бегом, не сразу и догонишь. Татьяна Ивановна на все имеет свои непредсказуемые суждения. Если репетиции в театре идут слишком долго, может весело сказать:
— Ни один спектакль еще от репетиций лучше не становился!
Мы познакомились с ней в Московском театре сатиры в 1965 году, куда я был приглашен режиссером прямо из Студенческого театра, и посматривала Татьяна Ивановна на меня в первые дни знакомства с некоторым скепсисом. Ничего хорошего, как видно, не ждала. Не могла она предположить тогда, что впоследствии ее ждет «нечаянная любовь и дальняя дорога» в Московский театр имени Ленинского комсомола Ее переход в наш театр многими воспринимался тогда, как поступок безрассудный. У Татьяны Ивановны он есть особый характер. Азартный. Рисковый. Поэтому я посторонних режиссеров от театра отгоняю—боюсь, чтобы опять не «похитили» нашу замечательную артистку. Многие люди склонны в нее влюбляться.
Жизнь у всех нас непростая, Татьяна Ивановна здесь не исключение, недолго и заскучать с годами, а она не скучает.
И еще одно, поражающее меня качество—всю жизнь Татьяна Ивановна имела дело с комедией, с этим крайне опасным жанром, что нередко с годами превращает актера в безжизненную маску, штампует набор привычных интонаций, а вот с Пельтцер этого не произошло. Мастерство ее с годами возросло, и пристрастие к тонкому психологическому построению роли усилилось. Знает цену комедийному трюку, а ценит прежде всего правду человеческих мыслей и поступков. И умеет выразить на сцене и в кинематографе не себя лично, не только свою собственную неповторимую человеческую индивидуальность, но и целый социальный пласт. В героинях актрисы угадывается сразу множество людей—тех женщин, что прошли долгий и многотрудный жизненный путь, прошли, не унывая, сквозь бури и грозы, прошли, чтобы вынести и подарить своим и чужим правнукам непреходящие ценности нашей жизни, великие идеалы, за которые отдали жизнь многие ее ровесники.
Я очень горжусь, что наш молодежный по духу театр связан благодаря Татьяне Ивановне Пельтцер с могучим древом старой театральной культуры. Она хорошо помнит режиссуру Н. Н. Синельникова и Е. О. Любимова-Ланского, актерские взлеты Блюменталь-Тамариной, Радина, Чехова. Помнит и рассказывает об этих людях удивительно остроумно, с забавными подробностями, трогательными нюансами и вместе с тем ничего не идеализируя. Никогда не выкрикивает с пафосом «А вот в наше время!..». Не любит этого, потому что целиком принадлежит сегодняшнему дню нашего искусства.
Не имея диплома о высшем образовании, Татьяна Ивановна удивительно и всесторонне образованна. Ее первыми университетами стали театральные дороги России. Подобно героям драматурга А. Островского, прошагала она многие версты «из Керчи в Вологду и «из Вологды в Керчь», ступив на провинциальные сценические подмостки семи лет от роду. («В 1911 году в летний сезон города Екатеринодара» ) И первым учителем ее стал отец—замечательный русский актер и режиссер Иван Романович Пельтцер. Мое поколение помнит его по некоторым старым киноролям, и в особенности по замечательной работе в фильме «Большая жизнь». Иван Романович играл там роль старого шахтера, играл не просто хорошо—делал он в этом знаменитом фильме нечто большее: дарил людям какую-то особую трогательную человечность и душевную чистоту. Вот этот щедрый запас духовного озарения и передал он своей дочери в качестве главного отцовского наказа. Когда мы говорим «светлая личность», мы имеем в виду не цвет волос, а труднообъяснимое свойство человеческой души, свойство целебное и возвышенное. Вместе с отцом за долгие годы странствий сыграла Т. Пельтцер несчетное количество ролей—от малолетнего Сережи Каренина до сумасбродной и легкомысленной француженки Жанины де Пистоль в популярной некогда музыкальной комедии «Шоколадница».
А вообще жизнь ее складывалась, как в увлекательном остросюжетном романе—сплошные зигзаги и перемены. Менялось все: обстоятельства, события, люди, роли, радости, печали. Скитания по задымленным дорогам гражданской войны, голод и разруха, первые агитбригады и первые советские пьесы, работа во вспомогательном составе Московского театра МГСПС. Потом ее закружила веселая стихия театра Миниатюр. И резкий, трагический поворот в жизни —сорок первый год, эвакуация, тяжкий, многодневный путь на медленно ползущем к востоку эшелоне. Тревожные месяцы в ее жизни еще и потому, что в самый неподходящий момент у ее подруги Марии Мироновой родился ребенок Андрюша (нынешний народный артист РСФСР), которого они нянчили вдвоем, попеременно, а он не понимал, что началась война, и требовал манной каши, когда выдавалась только пайка хлеба с кусочком сахара.
Я встретился с Татьяной Ивановной, когда она уже стала знаменитой артисткой, уже после спектакля. ставшего главным комедийным событием в театральной жизни Москвы 50-х годов,—я имею в виду «Свадьбу с приданым» в постановке Б. Равенских. Спектакль был экранизирован, и началась прекрасная пора ее участия в кинокомедиях. После роли матери в фильме «Солдат Иван Бровкин» Т. Пельтцер стала всеобщей нашей любимицей. А потом на экраны один за другим начали выходить такие разные фильмы с ее участием, как «Морозко», «Приключения Толи Клюквина», «Деревенский детектив», «Чудак из 5 «Б», «Это мы не проходили», «Вам и не снилось...», многие другие, где актриса создала запоминающиеся, отмеченные яркостью внешнего рисунка, острохарактерные образы своих героинь.
Профессиональных тайн у каждого большого художника, конечно, немало, но у Татьяны Ивановны Пельтцер есть, мне кажется, своя, особая формула успеха. Может быть, «это самое непростое дело», ставшее для Татьяны Ивановны Пельтцер ее человеческим и актерским призванием, далось ей не сразу. Может быть, чтобы познать сегодня секрет вечной актерской молодости, надо было сперва прожить такую веселую, бурную, многотрудную и прекрасную жизнь.

Марк Захаров,
Заслуженный деятель искусств РСФСР

Журнал "Советский Экран" №20 октябрь 1985 года .



 
[Советский Экран] [Актерские байки] [Как они умерли] [Автограф] [Актерские трагедии] [Актеры и криминал] [Творческие портреты] [Фильмы] [Юмор] [Лауреаты премии "Ника"] [Листая старые страницы]